Мировая война за дизель
Наступил ли в мире глобальный топливный кризис?
Как минимум с марта 2026 года, когда был перекрыт Ормузский пролив, мир живет в состоянии перманентного энергетического кризиса. В сентябре ситуация обострилась: цены на нефть превысили $100 за баррель, стоимость газа поднялась как в Азии, так и в Европе, где и вовсе в моменте превышала $1000 за тыс. кубометров. Издание The Wall Street Journal (WSJ) 14 сентября опубликовало яркую статью, в которой со ссылкой на руководство Chevron и ExxonMobil сообщило о наступлении глобального топливного кризиса. Цена дизельного топлива в США начала бить исторические рекорды. А затем Вашингтон потребовал от партнеров по G7 выполнить обязательства по поставкам нефтепродуктов на внешние рынки.
Проблема не только в Ормузе
С сентября алармистские заявления стали звучать из Соединенных Штатов и Европы. Президент США Дональд Трамп рассказал, что топливный кризис произошел из-за ударов Украины по российским НПЗ. Лидер Франции Эмманюэль Макрон заявил, что цены на АЗС его страны стали невыносимыми для потребителя.
Причин обострения энергетического кризиса несколько, и большинство из них связаны с Ближним Востоком.
После того как Иран перекрыл Ормузский пролив, на мировом рынке возник дефицит энергоносителей, так как большая часть углеводородов из Саудовской Аравии, Ирака, ОАЭ, Кувейта, Катара и других стран региона оказалась заперта внутри Персидского залива. Однако со временем некоторые государства стали активно использовать альтернативные маршруты для вывода своей нефти на мировой рынок.
Саудовская Аравия дозагрузила нефтепровод «Восток — Запад», позволяющий экспортировать нефть через порт Янбу на Красном море. ОАЭ прокачивают сырье по нефтепроводу в порт Фуджейра в Оманском заливе. Ирак поставляет небольшие объемы нефти в турецкий порт Джейхан на Средиземном море.
Но 8 сентября йеменские хуситы атаковали насосную станцию нефтепровода «Восток — Запад» в Саудовской Аравии (по другим данным, сильно повреждены были две станции). Это привело к полной остановке нефтепровода, который являлся последним способом экспортировать саудовскую нефть в значительных объемах. Его мощность составляет 7 млн баррелей в сутки. Даже при неполной загрузке его остановка лишила мир нескольких млн баррелей в сутки.
Саудовская Аравия, конечно, произвела экстренный ремонт линейной части, но без поврежденных насосных станций нефтепровод не сможет прокачивать прежние объемы. К тому же хуситы способны нанести повторные удары по «трубе» или порту Янбу, чтобы вновь остановить экспорт.
Нет сырья — нет нефтепродуктов
Закрытие Ормузского пролива привело не только к сокращению экспорта нефти из региона, но и к прекращению поставок готовых нефтепродуктов. Периодически поступает информация о прохождении через пролив какого-то количества судов, но о полноценном судоходстве речь не идет. И если у нефти есть альтернативные маршруты, то нефтепродукты остаются запертыми в Персидском заливе.
Ситуация с топливом для стран-импортеров усугубляется тем, что Индии становится все сложнее обеспечить сырьем свои НПЗ. В начале 2026 года первое место по поставкам нефти в эту страну занимала Россия, а следом шли Ирак, Саудовская Аравия и ОАЭ. Сокращение экспорта ближневосточной нефти создает риски недозагрузки индийских заводов. А нефтепродукты с них шли в том числе в Европу и Америку.
Сокращение нефтепереработки в Индии приведет к росту дефицита и цены нефтепродуктов на мировом рынке.
Для Европы все эти глобальные причины напряженности на топливных рынках усугубляются специфическими региональными особенностями. Евросоюз по политическим мотивам поэтапно сокращал количество потенциальных поставщиков нефти и нефтепродуктов на свой рынок. С 5 декабря 2022 года ЕС запретил импорт сырой российской нефти морским транспортом, а с 5 февраля 2023 года — нефтепродуктов.
С 21 января 2026 года вступил в силу запрет покупать, импортировать или транзитировать нефтепродукты, произведенные из российского сырья и поступающие в Евросоюз из третьих стран. Это привело к более осторожному импорту нефтепродуктов и дизельного топлива, в частности из Турции, Индии и ряда других государств.
Электоральная сила дизеля
Показательно, что все усилия Евросоюза в направлении «энергетического перехода» и ставка на электрокары не застраховали его от кризиса. В Финансовом университете при Правительстве РФ была проведена научно-исследовательская работа, показавшая, что теория устойчивого развития трактуется европейскими властями искаженно. Выдавливание ископаемого топлива из энергобаланса, как показали события 2026 года, приводят как раз к неустойчивости и экономическому спаду.
С Россией связана и еще одна причина топливного кризиса. Экспорт нефтепродуктов наша страна закрыла на фоне внеплановых ремонтных работ на ряде НПЗ и сокращения нефтепереработки. Этот фактор в последнее время активно тиражирует Дональд Трамп. В США обновился рекорд по стоимости дизельного топлива на внутреннем рынке, и президенту нужно объяснить избирателям в преддверии ноябрьских выборов в Конгресс, почему это произошло. Естественно, главе Соединенных Штатов невыгодно признавать, что начатый им конфликт с Ираном внес существенный вклад в подорожание нефти и нефтепродуктов. Поэтому Трамп говорит, что во всем виноваты украинские атаки на российские НПЗ, из-за чего был остановлен экспорт дизельного топлива из нашей страны.
Россия всегда была одним из крупнейших в мире экспортеров дизеля и насыщала рынки своими поставками. Логика Трампа — в том, что украинский конфликт начался при Джо Байдене, а значит, и в текущем подорожании дизеля виноваты демократы. Не факт, что такую тонкую причинно-следственную связь улавливают американские избиратели, но сам Трамп на ней настаивает.
Помимо всех перечисленных причин и компонентов энергетического кризиса, важно отметить, что все то время, пока Ормузский пролив остается закрытым, мир проедает стратегические, коммерческие и любые другие запасы нефти и нефтепродуктов. Потребители использовали и те углеводороды, которые хранились на танкерах в море, и нефтепродукты из плавучих и наземных резервуаров и существенно истощили стратегические запасы. И чем дальше, тем сильнее этот фактор будет влиять на рынок.
Последний рывок из кризиса
Сокращение текущего экспорта с Ближнего Востока на фоне снижения объемов нефти в запасах и позволяет крупным игрокам рынка говорить, что глобальный топливный кризис уже начался. Но преувеличивать его значение не стоит. Необходимо убрать один из компонентов — открыть Ормузский пролив, нарастить добычу и экспорт из стран Персидского залива, — и тогда про топливный кризис все очень быстро забудут.
В начале октября США стали балансировать мировой топливный рынок руками европейцев. Дональд Трамп заявил, что Европа должна обеспечить дополнительное предложение на рынке за счет изъятия дизеля из своих стратегических запасов. Причем он стал шантажировать их, угрожая перекрыть экспорт топлива из США.
После короткого препирательства европейских политиков президент Франции Эмманюэль Макрон заявил, что страны G7 намерены высвободить из стратегических запасов до 100 млн баррелей нефти и дизельного топлива. Однако, скорее всего, речь идет о том, что на рынок поступит просто новая партия углеводородов из резервов, изъятие которых было согласовано в рамках Международного энергетического агентства (МЭА) 11 марта 2026 года.
Тогда страны МЭА договорились высвободить нефти и нефтепродуктов в объеме 400 млн баррелей. В рамках той же сделки 29 сентября Минэнерго США объявило об изъятии еще 40 млн баррелей нефти из стратегических резервов.
Оба решения позиционируются как дополнительная мера, чтобы внушить рынку, что потребители получат новые объемы. Это должно толкнуть цены вниз, но на практике лишь сдержит их дальнейший рост, так как речь идет о реализации последнего этапа ранее принятого решения.
