Ситуация на Ближнем Востоке пока оказывает лишь ограниченное давление на мировые цены угля в сторону повышения, тогда как ключевые потребители – Китай и Индия – занимают выжидательную позицию, не формируя ажиотажного спроса. Такую оценку в беседе с ИнфоТЭК дал эксперт Института энергетики и финансов Александр Балюта, комментируя перспективы российской угольной отрасли в этом году.
В марте мировые цены на энергетический уголь выросли на 20%, что стало крупнейшим месячным приростом с мая 2022 года, но уровень в $150/т так и не был пробит. Стоимость угля закрепилась у $140 за баррель.
По его словам, рост котировок связан с тем, что отдельные импортеры, включая Южную Корею, Японию, страны Европы и государства Юго-Восточной Азии, страхуются от рисков перебоев в поставках сжиженного природного газа и увеличения нагрузки на угольные электростанции.
«Однако я оцениваю такое давление скорее как точечное, – отметил эксперт. – Китай и во многом Индия пока заняли выжидательную позицию без ажиотажного спроса, они часто не принимают высокие цены импортного угля и усиливают ориентацию на поставки местного угля, где это возможно».
Дальнейшая динамика рынка, подчеркивает Балюта, будет зависеть от продолжительности и последствий ближневосточного кризиса. При серьезном нарушении поставок СПГ и формировании дефицита в летний период – цены на уголь могут вырасти заметно.
Он добавил, что пиковое потребление угля в Индии традиционно приходится на апрель – июнь, а в Китае, Японии и Корее – на июль – август.
«Если будет жаркая погода с нехваткой СПГ и слабой выработкой ГЭС, то уголь может вырасти очень серьезно», – полагает эксперт.
Такой рост цен способен улучшить финансовое положение российских угольщиков. Однако эксперт ожидает, что улучшение произойдет с временным лагом как минимум в полгода, поэтому выхода в плюс по итогам 2026 года он не прогнозирует.
«Хотя вероятность показать меньший сальдированный убыток по отрасли в 2026 г. довольно высока», – уточнил он.
Говоря о перспективах наращивания добычи, эксперт указал на инерционность отрасли, которая в 2024–2025 годах поддерживала объемы даже при сильном падении цен, но теперь будет сдерживать их рост при возможном устойчивом повышении котировок.
«Эффект на добычу тоже будет с аналогичным лагом, я думаю, – заключил он. – Есть много разных трудностей и узких мест».