На днях сначала в западных, а затем и в российских медиа появились материалы о том, что Саудовская Аравия, а точнее – непосредственно аппарат наследного принца Мухаммеда бен Салмана, королевская нефтяная компания Saudi Aramco, министерство финансов королевства пересматривают существующие консалтинговые контракты и приостанавливают заключение новых договоров с западными консалтинговыми компаниями. По информации Financial Times, такое решение было принято на фоне военного конфликта с Ираном и серьезного падения доходов королевства.
Удар по «Видению-2030»
По данным открытых источников, ключевыми причинами сокращения расходов королевства стали: дефицит бюджета, рост оборонных расходов (они увеличились на 26% для отражения воздушных атак), а также перебои в логистике через Ормузский пролив и невозможность реализовывать экспортные поставки нефти в полном объёме. Из-за боевых действий Эр-Рияду пришлось перенаправлять свои экспортные потоки нефти, что увеличило логистические расходы.
Приостановка консалтинговых контрактов затронула и флагманскую программу наследного принца Мухаммеда бен Салмана «Видение-2030», направленную на снижение сырьевой зависимости королевства и перевод экономики Саудовской Аравии на инновационный и высокотехнологичный базис. В частности, были расторгнуты крупные строительные контракты в рамках проекта NEOM (ключевой элемент – строительство линейного города длиной в 170 км, где все транспортные коммуникации будут находиться под землей), например с итальянским подрядчиком Webuild – на строительство высокоскоростной железной дороги.
Некоторые представители консалтинговых агентств считают происходящее символическим жестом властей для демонстрации финансовой бережливости в условиях войны, который не затронет текущие операционные процессы, другие же полагают, что региональный конфликт стал для Эр-Рияда «удобным поводом» для давно назревшей оптимизации переоценённых и чрезмерно дорогостоящих проектов.
Время разрушения всех догм и правил
Несомненно, приостановка консультационных контрактов в первую очередь – это реакция на конкретные экономические и геополитические вызовы. Но нельзя не увидеть в этом и более глубокие процессы, причем как на международном уровне, так и в отечественном сегменте. На наш взгляд, изменения в мировой экономике и в мировой торговле идут такими темпами, что консалтинговый бизнес просто не успевает за ними. Во-вторых, сейчас наступает время разрушения всех догм и правил, которые применялись предыдущие несколько десятилетий для анализа рынков и создания бизнес-стратегий.
И, наконец, нельзя отрицать что на фоне деглобализации и фрагментации мирового рынка (на примере рынка нефти) кратно выросли риски. Например, морская логистика, которая еще совсем недавно не вызывала никаких опасений с точки зрения безопасности международных маршрутов, на фоне кризиса в Персидском заливе и перекрытия Ормузского пролива, ударов по танкерам и морским терминалам, причем не только в Заливе, стала высокорискованным и непредсказуемым бизнесом. Никакие экономические расчеты и квалифицированные консультационные услуги не могут решить вопросы безопасности доставки грузов. Рынок морских перевозок стал непрозрачным и сегментированным – невозможно найти, обобщить и проанализировать элементарные экономические параметры: фрахт «теневого флота», страховые премии за риск и другие.
А что касается программы «Видение-2030», то и до военного кризиса она подвергалась критике по нескольким направлениям, связанным с её чрезмерной амбициозностью, низкой реализуемостью и специфическими социальными, политическими и экономическими аспектами.
За порогом неизвестности
Критики из саудовской экономической и политической элиты изначально считали план чрезмерно амбициозным, а темпы реализации – нереалистичными. Также еще до текущих событий критиковалась зависимость от дорогостоящих иностранных консультантов, чьи гонорары, по мнению местных критиков, были непомерными, а вклад в реальную диверсификацию экономики – сомнительным.
Например, мегапроект NEOM, ставший символом «Видения-2030», неоднократно подвергался серьезной критике и переоценке. По данным Wall Street Journal, к 2025 году в ходе реализации проекта The Line (часть NEOM) было подготовлено лишь около 2,5 км из заявленных 170 км. Первоначальная оценка стоимости проекта составляла 500 млрд долларов, но позже выросла до 8,8 трлн долларов, что в 25 раз превышает годовой бюджет Саудовской Аравии. Последующий аудит показал, что сроки строительства могут быть увеличены на 55 лет по сравнению с первоначальными оценками.
Война в Заливе и в целом активные действия администрации Трампа по установлению контроля за нефтяными потоками как на Ближнем Востоке, так и во всем мире, существенно изменили картину мира для нефтяных монархий. В текущем, 2026 году, на фоне эскалации в Заливе и роста расходов на оборону, королевство зафиксировало самый большой квартальный дефицит бюджета с 2018 года – 125,7 млрд саудовских риалов (около 33,5 млрд долларов).
Участники рынка нефти стоят перед неизвестностью с большим количеством вариантов развития событий, из которых один хуже другого. Уже вполне очевидно, что, несмотря на рост цен на нефть, воспользоваться в полной мере ситуацией не смогут ни Саудовская Аравия, ни ее соседи, такие как Объединённые Арабские Эмираты, Катар, Бахрейн, Кувейт и другие. Напряженность вокруг морских транспортных артерий (включая Ормузский пролив) будет сохраняться и поддерживаться американскими конкурентами, задача которых вполне уже понятна – превратить эту нестабильность в свой капитал (как фактический, так и политический).
Консалтинговые проекты по принципу business as usual работать в этой ситуации не будут – мировая экономика и мировая торговля только вступают в период трансформации, и основные драматические события еще впереди.