Российский рынок средств защиты от беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) по объективным причинам претерпел существенные изменения. Наиболее динамично растущим сегментом стали средства радиотехнической разведки и радиолокационного обнаружения: спрос на них вырос почти на 50%. Как крупнейший производитель средств анти-БПЛА справляется с вызовами – читайте в интервью эксперта в области противодействия БПЛА холдинга «Росэл» госкорпорации «Ростех» Наталии Котляр для портала ИнфоТЭК.
– Наталия Владимировна, как изменился рынок средств анти-БПЛА за последний год? Появились ли новые производители? Появились ли новые прорывные технологии или, может, ведутся такие разработки?
– За последний год российский рынок средств противодействия беспилотным летательным аппаратам (БПЛА) претерпел заметные изменения как с точки зрения количественных показателей, так и качественного технологического скачка.
Согласно оценкам ряда экспертов, в 2025 году гражданский сегмент рынка антидроновых систем в России достиг отметки 12 млрд рублей, показав рост примерно на 20% по сравнению с 2024 годом. При этом прогноз на 2026 год также предполагает дополнительный прирост еще на 20–25%.
В то же время гражданский рынок самих беспилотников за тот же период сократился почти на 30%, до 15 млрд рублей. Этот парадокс легко объясним: производственные мощности предприятий были переориентированы с гражданской продукции на выполнение оборонных заказов. Иными словами, станки, которые раньше делали дроны для художественных съемок и «гражданского» мониторинга, сегодня выпускают преимущественно средства для борьбы с противником на поле боя.
Наиболее динамично растущим сегментом стали средства радиотехнической разведки и радиолокационного обнаружения: спрос на них вырос почти на 50%. Это важный маркер: рынок осознал, что «слепое» глушение без точного обнаружения малоэффективно. Заказчикам, особенно из топливно-энергетического комплекса, на который приходится до 70% спроса, нужны системы, которые сначала «увидят» дрон, идентифицируют его и только потом аккуратно подавят.
Формально новых имен на рынке не так много, так как отрасль высокотехнологичная и требует серьезных компетенций в радиоэлектронной борьбе. Поэтому произошло значительное усиление позиций и экспансия уже обозначившихся лидеров.
Произошла консолидация рынка вокруг крупных игроков, способных не только разрабатывать, но и масштабно, со стабильным качеством производить продукцию. Появление принципиально нового стартап-разработчика сегодня, пожалуй, редкость. Гораздо чаще мы видим, как существующие опытно-конструкторские бюро (ОКБ) перепрофилируются под антидроновую тематику.
Так, холдинг «Росэл» (входит в госкорпорацию «Ростех») последовательно укрепляет свои позиции ведущего центра компетенций. За последний год именно его дочерние предприятия вывели на рынок целый ряд новинок, наиболее оптимально отвечающих современной модели угроз гражданским предприятиям, в том числе ТЭК.
Одно из ключевых изменений за последний год – акцент на широкополосные подавители, а именно «глушилки», которые ставят «шумовой ковер» на максимальном количестве частот. Противник научился использовать сложные каналы связи с псевдослучайной перестройкой рабочей частоты (ППРЧ) и оптоволокно. Это потребовало асимметричного ответа.
Таким образом, на рынке закрепилась тенденция к росту, при этом структура самого рынка явно дрейфует в сторону «умного» обнаружения и противодействия. Главные прорывы – в увеличении мощности и повышении интеллекта систем.
– Какие решения требуются сегодня для того, чтобы улучшить эффективность борьбы с БПЛА? Технологические, технические, законодательные.
– Нужен комплексный подход. Поскольку человек физически не успевает обрабатывать данные со всех датчиков, требуется внедрение ИИ – как для автоматического обнаружения, так и для сопровождения цели с ее последующей нейтрализацией. Скорость человеческой реакции в сравнении с молниеносной обработкой данных современными системами – очень медленная. В контексте ИИ-технологий она становится критическим фактором, негативно влияющим на безопасность объекта. И компенсировать ее следует именно с использованием искусственного интеллекта.
Использование злоумышленниками Starlink и автономных ИИ-систем обуславливает необходимость создания более сложных комплексов защиты объектов. Поэтому критически важным становится хорошо продуманное и технически выверенное сочетание средств противодействия – РЭБ, кинетического перехвата (например, дрон против дрона) и физических барьеров (сети).
Российское правовое регулирование в области применения спецсредств против дронов постепенно меняется, облегчая организацию защищенного от БПЛА периметра на промышленных объектах, в том числе ТЭК.
– Есть ли внутри «Росэла» стратегический план или программа по расширению производства средств анти-БПЛА?
– Безусловно. Как центр компетенций «Ростеха» в области защиты от БПЛА, мы видим свою ключевую задачу в создании конвейера инноваций. Стратегический план включает переход к передовым нейросетевым комплексам и непрерывную модернизацию существующих продуктовых линеек.
– Какие средства борьбы сегодня выпускаются конкретно в «Росэл»? Есть ли планы по расширению производства?
– Сегодня предприятия «Росэл» выпускают практически полный спектр средств противодействия БПЛА – от портативных подавителей до комплексных систем, интегрирующих обнаружение, подавление и средства поражения от других разработчиков в единую сеть эшелонированной обороны.
Основную продуктовую линейку можно разделить на две категории. Первая – средства обнаружения (радиолокация и радиомониторинг). К этой категории относится трехкоординатный пассивный когерентный локатор 3D ПКЛ – уникальная разработка, способная обнаруживать малозаметные и низколетящие цели, включая оптоволоконные дроны, которые не излучают свой собственный радиосигнал.
Вторая – средства радиоэлектронного подавления (РЭБ), представлены в первую очередь такими флагманскими системами, как «Серп». Комплекс в состоянии противостоять роевым атакам. К тому же у изделий линейки «Серп» подавление включается только при обнаружении дрона, что соответствует требованиям ГКРЧ о запрете постоянного использования постановщика помех.
Еще одно замечательное изделие – «Солярис-НС» – работает по принципу прицельной помехи: сначала определяет частоту канала управления дроном, затем целенаправленно ее подавляет, не создавая «шумового ковра» на всем диапазоне. «Вика» – это тоже система точечного подавления, которая воздействует направленным лучом именно на дрон, не затрагивая окружающую гражданскую инфраструктуру (связь, навигацию…). Принципиально важно, что все эти системы сочетают в себе не только РЭБ, но и обнаружение.
Важнейший инструмент при создании эшелонированных систем защиты, объединяющих разнородные средства в единое целое, – интеграционные шины. Например, программное обеспечение HUB позволяет объединить в единый ситуационный центр до 30 устройств разных производителей. Это означает, что заказчик может как использовать уже имеющееся оборудование, дооснащая его новыми модулями, так и управлять всей своей системой анти-БПЛА из одной точки.
К тому же модернизация и адаптация продукции «Росэл» идет по всем направлениям: запущена серийная сборка, ведутся испытания новых модификаций различных средств подавления. Даже стартовала лизинговая программа для «Серп»: она позволяет снизить «порог входа» и закрыть наиболее острый дефицит на уровне региональных и среднемасштабных объектов.
– Каков разрыв между спросом и предложением?
– По нашим оценкам, спрос на антидроновую защиту с начала СВО вырос минимум в сотни раз и продолжает расти, опережая предложение. С точки зрения производителя основное «тонкое место» – сложность производства. Высокоточная электроника, способная работать в экстремальных условиях (от −60°C до +50°C), не производится «на коленке» и требует технологически сложных мощностей, объем которых ограничен. К тому же современные дроновые угрозы демонстрируют повышенную адаптивность. Противник постоянно меняет частоты и протоколы, поэтому каждое новое средство борьбы требует постоянной модернизации «в поле».
«Росэл» последовательно наращивает мощности. Загрузка производственных линий сейчас у нас максимальная.
– Каковы основные трудности в создании средств обнаружения и подавления БПЛА? Как они преодолеваются?
– Если коротко: главная трудность – в том, что дрон представляет собой «неудобную» цель, к тому же противник постоянно меняет правила игры. Рассмотрим три ключевых вызова и способы их преодоления.
Трудность №1. Радиолокационная малозаметность и слепые зоны. Типовой коммерческий или FPV-дрон состоит из пластика и композитных материалов. Он имеет минимальную эффективную поверхность рассеяния (ЭПР): классические радары видят его на уровне крупной птицы, а на фоне земли, зданий и промышленных объектов он и вовсе «теряется».
Преодолеть эту трудность можно за счет перехода к пассивным когерентным методам радиолокации, что позволяет обнаруживать малозаметные и оптоволоконные аппараты даже в сложной радиотехнической обстановке.
Трудность №2. «Слепое глушение» и коллатеральный ущерб системам связи. Классические широкополосные подавители ставят мощную шумовую помеху в большом диапазоне. Это гарантированно давит и дрон, и всё вокруг: «ложатся» сотовая связь, Wi-Fi, GPS-навигация гражданских объектов, радиосвязь экстренных служб. Для многих объектов такое решение может быть критическим. Кроме того, дроны с псевдослучайной перестройкой рабочей частоты (ППРЧ) в случае «дуэли» с обычными РЭБ просто «перепрыгивают» на чистый канал и продолжают выполнение террористического задания.
Проблему можно решить путем внедрения систем с прицельной и точечной помехой. Например, «Солярис-НС» сначала сканирует эфир, идентифицирует частоту управления конкретного дрона, затем формирует узкополосную помеху именно на этой частоте. Как только дрон «перескакивает» на другой канал, система мгновенно перестраивается – это эффективно против ППРЧ и нет «шумового ковра». Точечное подавление реализовано в «Вике»: система из 6–8 модулей триангулирует положение дрона и наносит направленный электромагнитный удар лучом, поражая только БПЛА и оставляя в покое инфраструктуру вокруг.
Трудность №3. Оптоволоконные дроны, а также БПЛА с целеполаганием на базе Starlink и автономных ИИ-систем – вызов, требующий новой «физики». К примеру, FPV-дрон на оптоволоконной катушке не имеет радиоканала управления. Его невозможно заглушить никакими средствами РЭБ. Он управляется по световоду, который тянется за дроном. Это делает БПЛА практически неуязвимым для классических антидроновых систем. Оптоволоконные дроны, БПЛА с автономными ИИ-системами, которые не излучают радиосигнала, для традиционных систем подавления вообще невидимы.
Здесь нужна пассивная когерентная локация – она позволяет обнаружить такой дрон, и, как я уже отмечала, мы выпускаем эффективные системы соответствующего класса, но поражать беспилотник затем придется кинетически. Таким образом, у «Росэл» есть решение для обнаружения этих угроз, а также комплекс управления и интеграции со средствами поражения других производителей.
Трудность №4. Человеческий фактор. Оператор физически не успевает среагировать за доли секунды, особенно при роевой атаке. Создание единых ситуационных центров с интеграционным ПО решает этот вопрос. И это ключевой тренд текущего года – переход от разрозненных «глушилок» к единой, управляемой ИИ-системе обороны объекта.
Главное направление сегодня – не создать одно «чудо-средство», а обеспечить комплексность и эшелонированность. Ни один подавитель не работает против оптоволокна, ни один радар не видит все типы дронов. Поэтому ответ – в эшелонировании и интеграции: пассивная радиолокация + РЭБ + кинетическое поражение + интеллектуальная система управления. И в рамках госкорпорации «Ростех» сегодня выпускаются все необходимые элементы для создания эшелонированной обороны объектов: «Росэл» создает средства обнаружения, подавления и интеллектуальной интеграции, другие холдинги корпорации выпускают средства обнаружения и поражения, включая зенитные ракетные комплексы. То есть из решений «Ростеха» можно собрать почти непробиваемый щит для дронов при наличии соответствующих потребностей и ресурсов у заказчика.
СПРАВКА:
«Росэл» является национальным вендором в сфере электроники. Холдинг образован в 1997 году, в 2009 году вошел в состав госкорпорации «Ростех». Головной структурой является АО «Объединенная приборостроительная корпорация». В состав холдинга входят крупнейшие концерны радиоэлектронной промышленности страны: «Созвездие», «Вега», «Автоматика», «Системы управления». Холдинг формирует порядка 20% выпуска электронных компонентов в России и более 50% СВЧ-электроники. Всего холдинг объединяет порядка 120 предприятий и научных организаций, специализирующихся на разработке и производстве радиоэлектронных компонентов и технологий, средств и систем связи, автоматизированных систем управления, робототехнических комплексов, СВЧ-электроники, вычислительной техники и телекоммуникационного оборудования. Общая численность сотрудников – более 75 тысяч человек.